Любительница Хэппи Эндов
поднять - подняли, но еще и разбудить пытаются))
Название: Зелень и холод
Автор: Любительница Хэппи Эндов (любительница хэ)
Фэндом: Камша Вера «Отблески Этерны»
Персонажи: Ринальди Ракан, второй Одинокий (Вернер фок Бермессер)
Рейтинг: G
Жанры: Джен, Ангст, Фэнтези, AU
Размер: Драббл
Статус: закончен
Описание: Встреча двух Стражей Рубежа на развалинах Этерны
Публикация на других ресурсах: Только с разрешения автора
Примечания автора: Не ставлю ОМП, поскольку второй персонаж в серии книг присутствует, но в другом ракурсе.

Одинокие редко встречаются не на Рубеже, вдали от поля брани где-нибудь в мирном месте, докуда ещё не добралась эта бесконечная война. Но если подумать, то и не нужны им эти встречи. О чем могут поговорить они, лишённые дома и памяти, взамен того получившие единственной целью лишь борьбу за Ожерелье? А уж после того рокового пиршества на Этерне они и вовсе перестали собираться, лишь случайные встречи порой их сводят вместе.

Зеленоглазый Одинокий не любил приходить на развалины Этерны, слишком много тяжёлых размышлений порождали эти места. Что произошло тогда? Можно было б избежать той трагедии? Случайно ли именно в тот день на празднестве собрались все, способные создавать миры? Столько вопросов, тревожащих душу, и никаких ответов или даже намёка на них. Воины продолжали борьбу, но никого не покидало ощущение, словно кто-то сильный и им неведомый одним движением смахнул с шахматной доски все сильные фигуры, оставив их почти беззащитными. К сожалению, у них нет времени на поиски причин: удержать бы те миры, что остались на Нити… Миры, оказавшиеся без создателей, наедине с раттонами, которые подобно крысам заполняли один мир за другим.

Кэртиана, одна из осиротевших миров, была больна, смертельно больна. Раттоны отравляли её своим существованием, и эта отрава уже перекинулась на жителей. Этот маленький мирок захлёбывался, но пока находил силы сопротивляться напору чужеродной силы. Наблюдать за этой трагедией Одинокому было больно, очень больно. Сбегая из Кэртианы на развалины Этерны, он пытался отогнать от себя мысль, что именно ему придётся оборвать её мучения. Каждый мир по-своему ценен, но Нить всегда будет бесценной.

Ему не хотелось никого видеть, но как мало зависит в этом мире от простых желаний!

Столкнуться с платиновым голубоглазым блондином зеленоглазый Одинокий хотел бы в последнюю очередь. Низкорослый, недобрый, с холодными глазами, этот Одинокий выбивался из их войска. Какая ада только привела его?

Можно было уйти, но голубоглазый заметил его и приподнял бокал с какой-то жидкостью, приветствуя прибывшего.

– Приветствую, коллега. Присядь со мной, выпьем, прежде чем снова окунуться в водоворот событий.

Зеленоглазый приблизился к нему, но от предложенного бокала отказался, покачав головой.

– Что празднуешь, Одинокий?

– Скорее, оплакиваю, — голубоглазый отвёл взгляд в сторону и изобразил скорбь на лице. — У меня аватару убили.

Зеленоглазый присел рядом, на камень напротив голубоглазого. Умение создавать собственные воплощения стало совсем редким после падения Этерны. А аватары голубоглазого не только позволяли ему проникать в миры Ожерелья, имитируя обычно смертного, но и перенимать некоторые волшебные способности каждого мира. Потому ему легче, чем какому-либо другому Одинокому бороться против раттонов. Но этот плюс всегда идёт под руку с неизменным минусом: аватары рождаются, стареют и умирают. Переживать раз за разом собственную смерть зеленоглазому не хотелось бы, а голубоглазый, если верить слухам, уже одиннадцать жизней прожил. Этого он не мог понять, хотя… он и не пытался.

– Раттоны или смертные?

– О, то была удивительная смесь, — голубоглазый облизнул губы, а его глаза на миг вспыхнули злым красным цветом. — Были среди моих палачей защитник того мира, обычный смертный, отравленный и раттон. Стараясь избавить мир от последнего, в итоге сам оказался на петле. Вот и пробуй делать добрые дела, — голубоглазый вздохнул с грустью, но зеленоглазый сильно сомневался, что тот способен на такие чувства.

– Велика ли потеря? После смерти сознания твоих аватар возвращаются к тебе, ты ничего не теряешь, — зеленоглазый пожал плечами, не сводя взгляда с визави.

– Я приложил немало усилий, чтобы он выжил и был полезен для мира. Обидно, немного, но…Хотя, чего зря сотрясать эфир, к судьбе Кэртианы я больше не имею никакого отношения.

Зеленоглазого словно молнией прошибло. Его взгляд стал удивлённым, он переспросил, надеясь на несовершенство своего слуха:

– Кэртианы?

– Детище той весёлой четверки и, насколько мне известно, твоё любимейшее пристанище.

Голос голубоглазого стал приторным, мерзким, а глаза снова приобрели красный оттенок. Пламя Этерны выжигало прошлое, но словно случайно оставляло что-то на память. Подобно следу от трудно выводимого пятна у зеленоглазого осталось пристрастие к винам да любовь к праздникам. Платиновому же блондину достались глаза, краснеющие при крайней злости, что не могло не выдавать его демоническую сущность.

Интонация, с которой бывший демон произнёс последнюю фразу, зеленоглазому не понравилась.

– В глазах Стража каждый мир бесценен.

– Ну-ну, — скептично произнёс голубоглазый. — Действительно, миром больше — миром меньше. Помимо неё есть полно мест, где можно напиться вином и виски, как бы они ни назывались.

В словах его не было ничего, что касалось лично Одинокого, но перед глазами зеленоглазого встала Кэртиана, которой она была столетия назад и которой она является сейчас. Вспыхнула ярость и завладела его сознанием, и он схватил голубоглазого за отвороты одежды и чуть приподнял того над землёй.

– Как ты смеешь?!

Он вложил в эту короткую фразу всю свою ярость и всё своё презрение, но голубоглазый не проникся. Ни на секунду в его глазах не появилось страха.

– Ты бы ознакомился с их религией, думаю, тебе понравится, — голубоглазый оскалился в улыбке и вырвался.

Он тоже начал злиться, что было странно. Этот Одинокий не из тех, кто шёл на конфликт, скорее, он любитель провоцировать, выводить собеседника из себя, но никогда не позволял себе потерять контроль над своими эмоциями. Значит, смерть аватары ударила по нему чуть сильнее, чем казалось. Как посудил зеленоглазый, им стояло закончить этот разговор. Не время для ссоры, да и не место. Чтобы он ни думал о собеседнике, они — соратники, им ещё не раз предстоит сражаться бок о бок на Рубеже. Зеленоглазый отступил на шаг и посмотрел на голубоглазого спокойнее. За эту короткую встречу они сказали друг другу слишком много лишнего. Пора прощаться.

– До свидания, Одинокий.

– Прощай, Одинокий.

Голубоглазый поднял бокал, а зеленоглазый развернулся и отправился на Рубеж. Прочь, прочь ненужные мысли!

И ведь совсем неинтересно, что имел в виду голубоглазый страж Рубежа?

Тем, кто прочитал до конца, — догадались, кто второй Одинокий? ;-)

@темы: мой фанфик, книга "ОЭ"